Теперь чуть-чуть о моей нетрудоспособности. Я имею право на пожизненную пенсию, которая составляет три четверти оклада, и без вычета налогов...

– Ты слышишь меня? – спрашивает Макс.

– Что?

– Я говорю, они были обнаружены в пять сорок пять вечера соседом...

– Я что, уже приступил?

– Конечно. Оба убиты выстрелами в голову. Сосед нашел их лежащими на лужайке у дома...

– Макс, я не хочу всего этого видеть. Лучше расскажи о соседе.

– Конечно. Его зовут Эдгар Мэрфи. Такой пожилой джентльмен. Он услышал приближение катера Гордонов около пяти тридцати, а через пятнадцать минут зашел к ним и увидел их убитыми. Выстрелов не слышал.

– Он что, глуховат?

– Нет. Я спрашивал его об этом. Эдгар сказал, что и жена хорошо слышит. Похоже, здесь не обошлось без глушителя. А может быть, они слышат хуже, чем сами думают?

– Однако они услышали шум катера. Эдгар уверен, что точно засек время?

– Он вполне уверен. Да и позвонил он нам в пять пятьдесят одну, так что, видимо, все точно.

Я посмотрел на свои часы. Было семь десять. Идея зайти за мной после посещения места убийства родилась у Макса довольно быстро. Я предположил, что детективы из Суффолка были уже там.

Мы двигались вдоль главной дороги восток-запад, по направлению к месту под названием Нассау-Пойнт. Там живут Гордоны, вернее, жили.

Местных в этих краях не много, тысяч двадцать. Однако в это время года здесь немало отпускников и выезжающих на уик-энд, да и новые винные подвальчики привлекают приезжающих всего на день.

Нассау-Пойнт стал летним курортом где-то с двадцатых годов этого столетия, и постройки здесь самые разные – от простых бунгало до солидных особняков. Отдыхал здесь и Альберт Эйнштейн. Кажется, в тридцать четвертом он написал Рузвельту знаменитое "Письмо из Нассау-Пойнт", убеждая президента поторопиться с созданием атомной бомбы. Все остальное, как говорится, история.