— Хватит самоуничижения, — попробовала ободрить ее подруга. — В пьесе достаточно ролей. Ты можешь быть, например, нянькой Джульетты.

Кэти промолчала.

Селена взяла баночку с кремом и принялась удалять с лица грим.

— А когда мы были маленькими, ты думала о том, что вырастешь и добьешься такой славы? — вдруг сказала Кэти.

— Нет, конечно. Я думала, что всегда буду толстой и некрасивой.

— Как я, — пробормотала Кэти.

— Но в один прекрасный день я увлеклась театром, — продолжала Селена, будто не слышала ее, — и при этом не думала о славе. Просто решила стать актрисой.

— Как быстро это случилось, — напомнила Кэти. — Тебе хватило всего нескольких уроков театрального мастерства. И ты сбросила вес, ты навсегда отшила Денни… и с первой же роли стала примой.

— Ну это везение относительное, — усмехнулась Селена. — Если всерьез заниматься театром, придется уйти из этой школы.

— Знаю, — согласилась Кэти. — Но тебя все равно считают лучшей актрисой в Шейдисайдской школе.

Она облокотилась на стопку подушек, лежавших на кровати, и вздохнула.

— Надеюсь, слава не отнимет тебя у лучшей подруги.

— Да ни за что! — возмутилась Селена. — Когда я получу Премию Академии, я приеду сюда и скажу: «Хочу поблагодарить мою ближайшую подругу. Ведь все это стало возможным благодаря тому, что она лазила под потолком театра».

Селена закончила снимать грим и открыла стенной шкаф. Достала оттуда джинсы и зеленый свитер.

— У тебя новые джинсы? — спросила Кэт. — А какой у них размер? Третий?

— Седьмой, — ответила Селена, смеясь. — Не такая уж я и тощая.

— Только не в сравнении со мной, — вздохнула Кэти.

— Ты тоже можешь сбросить вес, — заметила Селена. — Думаешь, мне помогла какая-нибудь богиня диеты?

— Да нет, — вяло ответила подруга.