Часть расследования касалась вашего прошлого, и тут, как вы и сказали, никаких претензий к вам нет. Мы знали об этом до того, как обратились к вам, прежде чем вызвали вас в Вашингтон. Если бы не идеальный послужной список, вы бы о нас и не услышали. Разумеется, мы все перепроверили, но итог получился прежним. Однако, повторюсь, ваш послужной список – лишь одна часть расследования. А во второй части мы определялись с вами. Стремились понять, какой вы на текущий момент, в отрыве от содеянного вами в прошлом. Ради этого вы проходили собеседования и тестирование. Заполняли бесконечные вопросники. Вам известно, для чего нужно тестирование?

– Я знаю, что ваши вопросники надоели мне до смерти.

– Понятно. Но вы знаете, что они должны показать?

Я пожал плечами.

– Наверное, в своем я уме или нет. Цель политических тестов очевидна, хотя мне кажется, что замутить воду там довольно легко...

– Напрасно вы так думаете.

– Возможно. Я не специалист. Что же касается остальных... Физические тесты я, несомненно, прошел. Со здоровьем и координацией у меня все в порядке. То же самое можно сказать о владении оружием и приемами рукопашного боя. Я знаю, что там замечаний быть не могло. И, наконец, психология. Все это вопросы насчет того, не преследуют ли меня маленькие человечки. Год назад я бы ответил положительно, потому что меня преследовал целый взвод вьетконговцев, но я уклонился в сторону, не так ли?

Он не улыбнулся. Наверное, не нашел в моих словах ничего забавного.

– Полагаю, психологический тест должен показать, есть ли у человека личностные проблемы. К примеру, не гомосексуалист ли он? Не может ли временами терять контроль над собой? Что еще? А, определение коэффициента интеллектуального уровня. Не сомневаюсь, что и с этим у меня в порядке. Потом мне дали собрать водяной кран. Если из-за этого...

– Нет.

– Тем более, что я с детства мечтал стать сантехником, поэтому...