Многие из арестованных находились в международном розыске. Трудно сказать, согласятся ли власти Испании на экстрадицию некоторых из них в Россию. Содержание притонов, наркотики, отмывание денег и еще десятки разных обвинений будут предъявлены русскому клану, безмятежно живущему под ярким солнцем Средиземноморья. Законы в Испании очень строги, и вряд ли нашим бывшим соотечественникам удастся откупиться. Испания — одна из стран, где нет коррупции в правоохранительных органах».

Левинсон выключил телевизор.

Зазвонил телефон. Он снял трубку.

— Грызете локти, Яков Михалыч? Не стоит. Вы и Плотников не попали в списки благодаря моему своевременному вмешательству.

— Это вы, Виктория?

— Глупый вопрос. Не забыли о нашем разговоре в машине?

— Помню, но не придал ему особого значения.

— А зря. Можете попасть под колеса правовой машины, если с моей помощью списки пополнятся.

— Я уже это слышал.

— Полгода вы будете безоговорочно выполнять мои поручения. Деньги ваши мне не нужны, мне нужны ваши связи и возможности. А в Испании мои поручения будет выполнять головорез по кличке Батрак. Через шесть месяцев вы получите все материалы. Это честная сделка. Скоро я с вами свяжусь. Успехов в работе.

Левинсон положил трубку. Веко правого глаза задергалось еще сильнее.

Галя уснула только к утру, всю ночь плакала. Юрий спал в гостиной. Наклюкался и уснул прямо в кресле, забыв выключить телевизор. Впервые Галя заперлась на замок и вздрагивала при каждом шорохе.

Она проснулась около одиннадцати. Встала, накинула халат, отперла дверь и вышла в коридор. Тихо. Женщина направилась в ванную. Вдруг в коридоре появился муж. В руках у него был огромный столовый нож, с которого капала кровь. Галина закричала так, что стены затряслись, и потеряла сознание. Пришла в себя, сидя в кресле. Перед ней стоял Юрий и улыбался.

— Ты чего паникуешь, подруга? Галя вздрогнула.

— Да что с тобой? Ножа в его руках не было.