— Хочешь сказать, что убийство готовилось давно?

— Конечно.

— Дашку ему подложил в постель я, как и многих других шлюх. Но на нее он запал.

— Ты ему говорил, что приводишь шлюх?

— Нет, конечно. Чистых, свежих девочек. Он даже по началу за ними ухаживал. Верил в их святость.

— Где ты их разыскивал?

— В притоне у одной сутенерши. Она мне обязана кое-чем и выполняла все мои просьбы. На ее совести нераскрытое убийство, у меня есть прямые улики.

— Виолетта Луцкая? — спросил отец.

— А ты откуда знаешь?

— Какое убийство?

— Она привела в притон малолетку, которая оказалась слишком строптивой. Эта стерва свернула пятнадцатилетней девчонке голову. Прямо в номере, когда недовольный клиент ушел с расцарапанным лицом.

— И что?

— В номерах стоят видеокамеры. Все было заснято, и пленка попала в мои руки. Спрятана в надежном месте.

— Как она попала к тебе?

— Я был ее адвокатом. Приехали менты, начали шмон, и оператор, который следил за записью, сунул мне кассету. Я ее убрал в портфель. Меня никто не обыскивал, как нетрудно догадаться.

— Давно это было?

— Четыре года назад.

— В твоем положении надо держать руку на пульсе, — сказал отец, беря газету с комода. — Виолетту прошлой ночью убили.

— Не удивлен. Она слишком много знала. Если ее архив попадет в руки прокурора, поставят на колени всю область. Архив Луцкой — бомба.

— Так кто же, по-твоему, мог создать такой дьявольский состав для покойника?

— Только Виктория Мамонова, личный врач и секретарша Кайранского. Только я не вижу мотива. Вика была ему предана, как собака.