Когда вода залила нижнюю часть камеры, поглотив электродвигатели и редуктор, Сергей протиснулся в проломленное в кожухе отверстие, и поплыл на встречу слабым лучикам света, пробивающимся сверху.

Уваров вынырнул, увидев бледный солнечный свет, впервые с тех пор, как его оставили подыхать под водой. Какой-то размеренный гул заполнял все вокруг.

Сначала Сергей подумал, что Макс все-таки не вырубил автомат на основном щите. Приглядевшись, он не смог сдержать крик, увидев перед собой… распухшее посиневшее тело Макса. Оно «сидело» у стены на бетонной площадке. При жизни Макс обхватил себя за плечи, в тщетной попытке отгородиться от летающих насекомых. Огромные шершни кружили всюду, куда только устремлялся взгляд. В углу лежало их гнездо, и размером оно было чуть ли не с ведро.

«Скорее всего оно попало сюда с чьей-то помощью" Но кому это было нужно? Зачем?».

Сергей осторожно выбрался на бетонную площадку, выплюнул загубник и вдохнул полной грудью. Не сумев закончить вдох, он закашлялся, и чуть было не блеванул. После воздуха из баллона, пропущенного через молекулярный фильтр, этот был настолько отвратителен, что казался густым, как кисель. Запах гниения был повсюду, недаром негритянка Сэй, жаловалась на дохлых крыс под полом, если бы не мощная система вентиляции, Макса бы уже давно обнаружили.

«Так значит, Макс забрался сюда, собираясь, наверное, починить электромотор. Это был бы его очередной сюрприз. Барометр сумел вызвать у меня чувство ревности, но теперь-то ясно, что Макс не «снюхался» с Таней, никуда не сбежал, просто вновь старался сделать все сразу».