Шуткой это было потому, что деньги стабильно приходили все время.

А затем, в один прекрасный день, кран был перекрыт. Гриффина уволили. Неделей позже Элизабет предложили выбор: половина рабочего времени на полставки или увольнение.

Выходное пособие Гриффина позволило бы им жить в течение года, правда без излишеств, пока он подыскивал бы себе другую работу. Но другая работа (несомненно, за меньшее вознаграждение) означала бы то же монотонное топтание, но уже несколько ниже прежнего положения.

Второй вариант состоял в том, чтобы взять их выходные пособия, купить яхту

Они сохранили дом в Стонингтоне, продали апартаменты в Нью-Йорке и положили деньги от продажи на хранение в банк, для финансирования образования детей.

Они стали свободными, и со свободой пришли волнение, страх и — день ото дня, почти минута за минутой — открытия. Открытия о самих себе, друг о друге, о том, что важно, а без чего можно обойтись.

Это могло оказаться бедствием — два человека, вынужденные пребывать двадцать четыре часа в сутки на пространстве в пятьдесят футов в длину и двенадцать футов в ширину. И первые две недели они задавались именно этим вопросом. Они путались друг у друга под ногами и брюзжали по поводу всего на свете.

Но затем они освоились, и с приобретением опыта пришла уверенность в себе, а с уверенностью пришло уважение к себе и признание своей силы.

Они вновь влюбились друг в друга и, что не менее важно, вновь стали нравиться сами себе.

Они не представляли, что будут делать, когда вернутся домой. Может быть, Гриффин попытается найти работу на финансовом поприще, хотя судя по всему, что они читали — главным образом в карибском издании «Тайм», — финансовый бизнес находился в плачевном состоянии. Может быть, он попытается найти работу в судоремонтных мастерских. Ему всегда нравилось что-нибудь мастерить, он даже не имел ничего против того, чтобы лакировать поверхности или сшивать паруса.

А что она? Может, она станет инструктором по хождению под парусами или попытается устроиться в группу по защите окружающей среды.