Гриффин схватил жену за руку, втянул ее на палубу и проговорил:

— Нечего затыкать дыру. Это уже не важно.

— Не важно?! Мы тонем!

— Уже нет, — Его голос был ровным. — Мы уже утонули.

— Нет. Я не...

— Ну-ну. — Он прижал голову жены к своей груди и стал поглаживать ее волосы. — Батареи погибли. Помпа не работает. Радио не работает. Яхта погибла. Что нам нужно сделать, так это убраться с нее к чертям, пока она не выскользнула из-под нас. Идет?

Элизабет взглянула на мужа и кивнула.

— Ну вот и хорошо. — Он поцеловал ее в голову. — Возьми аварийный радиомаяк.

Гриффин прошел на бак и снял покрытие с плота, привязанного на крыше каюты. Он проверил его, чтобы убедиться, что все секции надуты. Проверил прорезиненный ящик, привинченный к палубному настилу плота, чтобы убедиться, что никто на дальних островах не украл сигнальные ракеты, рыболовные лески или консервы. Он проверил свой пояс, чтобы увериться, что швейцарский армейский нож на месте, в кожаных ножнах.

К перилам яхты был привязан бочонок из пластика для свежей воды. Гриффин отвязал его и поместил на плот. Он раздумывал, стоит ли спуститься вниз и вытащить небольшой подвесной мотор, хранящийся в переднем отсеке яхты. Потом решил забыть об этом. Он не хотел попасть в ловушку в трюме, когда яхта станет погружаться.

Отвязывая последние крепления плота, Гриффин почувствовал странное удовлетворение. Он не впал в панику. Он действовал четко, так, как следовало, — методично, рационально, тщательно продумывая все детали.

«Действуй в том же духе, — сказал он сам себе. — Действуй в том же духе. И может быть, у тебя есть шанс».

Пришла Элизабет. Она принесла в пластиковом пакете судовые бумаги, паспорта и деньги, а в другой руке — аварийный радиомаяк — красный ящик, покрытый желтым пластиком, с выдвижной антенной на одном конце.