– Про твою симпатичную физиономию.
Он улыбнулся.
– Ты думаешь, она симпатичная?
– Ты не должен просиживать по тридцать шесть часов за клавиатурой, а потом набрасываться на океан, словно тебе любая волна по плечу.
– Я не умираю, Сэм. Неторопливо старею.
* * *Райан проснулся в кромешной тьме, чувствуя, как под ним колышется океан. Потеряв ориентировку, решил, что лежит лицом вниз на борде, в зоне ожидания, под небом, с которого исчезли все звезды.
Учащенный, резкий стук сердца встревожил его.
Когда Райан ощупал поверхность, на которой лежал, стало ясно, что это кровать, а не борд. Колебания были вымышленные – не настоящие, голова шла кругом.
– Сэм, – позвал он и лишь тогда вспомнил, что ее с ним нет, он – дома, один в большой спальне.
Решил добраться до лампы на прикроватном столике… но не смог поднять руку.
Когда попытался сесть, в груди вспыхнула боль.
Глава 3
Райан почувствовал, будто на грудь навалили бетонные блоки.
Пусть и не очень сильная, боль испугала его. Сердце стучало так часто, что удары сливались друг с другом.
Райан приказал себе сохранять спокойствие, застыть, дать приступу пройти, как прошел другой приступ, когда он плавал на борде.
Разница между прошлым и теперешним случаями заключалась в боли. Учащенно бьющееся сердце, слабость, головокружение тревожили, как и раньше, но добавившаяся боль уже не позволяла списать происходящее на паническую атаку.
Даже в далеком детстве Райан не боялся темноты. Теперь же темнота стала той тяжестью, что давила на грудь. Черная бесконечность вселенной, густая атмосфера земной ночи, ослепляющий мрак спальни, одно наваливалось на другое, а все вместе они безжалостно сжимали грудину, и сердце уже начало молотить по ребрам, словно хотело вырваться из него в вечность.