Эдвардс следил за его взглядом и кивнул на галерею для публики, уже заполненную в северной части зала.

– Они собираются задать здесь пир.

Дэлвуд слегка подтолкнул его и показал на дверь под галереей.

– Вон молодой Бэллард. Привел с собой целую армию.

Эдвардс разглядывал молодого человека, который возглавлял процессию пожилых, строго одетых мужчин. Он поджал губы.

– На месте Бэлларда я бы в штаны наложил от страха.

– Его принесли в жертву?

– Ну да, как овечку, – согласился Эдвардс. Он взглянул вниз, на трибуну.

– Ну вот, началось.

Гул голосов замер, когда трое заняли свои места в креслах за трибуной. Один из двух стенографистов уже приготовился опустить руки на клавиши машинки. Поднялся шорох, когда все встали.

Трое уселись, а четвертый вышел вперед и сел на скамью перед трибуной. Он положил перед собой пачку документов и открыл верхнюю папку. Над ним, в центре трибуны, восседал пожилой, седовласый человек с лицом, покрытым глубокими морщинами. Он посмотрел на чистый листок блокнота, лежащий перед ним, и отодвинул его в сторону. Затем заговорил негромко и отчетливо.

– Зимой этого года, восемнадцатого июля, в городке Хукахоронуи на Южном острове Новой Зеландии произошла катастрофа, в результате которой погибло пятьдесят четыре человека. Правительство Новой Зеландии назначило Комиссию по расследованию, и я являюсь ее председателем. Меня зовут Артур Гаррисон, я исполняю обязанности ректора Кентерберийского университета.

Он развел руки.

– Со мной – двое экспертов, оба они опытные и компетентные специалисты. Слева от меня – профессор Дж. В. Роландсон, из Министерства научных и промышленных изысканий. – Гаррисон выдержал паузу. – Для краткости это министерство в будущем будет именоваться МНПИ.