Бэллард достал терновую дедовскую трость, лежавшую на заднем сиденье, и вышел из машины. Он перешел дорогу, направляясь к отелю и тяжело опираясь на трость, поскольку пока еще не наступал на левую ногу. Он прикинул, что Доббс, управляющий шахтой, наверняка, приютил бы его, но время было позднее, он не хотел причинять неудобства, поэтому приготовился провести ночь в отеле и познакомиться с персоналом шахты на следующее утро.

У входа в отель на него налетел человек, задевший его плечом. Он и не подумал извиниться и проскочил к припаркованной неподалеку машине. Бэллард узнал его – это был Эрик Петерсен, средний из трех братьев Петерсенов. Последний раз он видел Эрика, когда тот был девятнадцатилетним долговязым и неуклюжим юношей; теперь он превратился в широкоплечего мускулистого мужчину. С годами его манеры не стали изысканней.

Едва Бэллард развернулся, чтобы войти, как увидел пожилую женщину, изучающе смотревшую на него.

– Да это же Йен Бэллард, – сказала она. – Йен?

Йен попытался вспомнить ее. Как ее звали? Симпсон? Нет, не так.

– Здравствуйте, миссис Сэмсон, – сказал он.

– Йен Бэллард, – сказала она удивленно. – Ну и ну! Что ты здесь делаешь? Как твоя мама?

– С ней все в порядке, – ответил он, и солгал: – Она просила передать Вам привет.

Он верил, что такая светская ложь – во благо.

– Это очень любезно с ее стороны, – приветливо сказала миссис Сэмсон. Она взмахнула рукой.

– Как тебе наши края? Сильно изменились с тех пор, как ты уехал?

– Никогда бы не подумал, что цивилизация посетит Два Пальца.

– Это из-за шахты, разумеется, – сказала миссис Сэмсон. – Шахта принесла процветание. Ты знаешь, теперь у нас есть даже городской совет.

– В самом деле, – вежливо согласился он. Он чуть покосился в сторону и увидел, как Эрик Петерсен замер, открывая дверцу машины, и уставился на него.