На втором этаже располагались хозяйская спальня, ванная, вторая гостевая спальня и залитая солнцем мастерская, где Дайана рисовала. Несколько ее картин висели и тут. На мольберте, в центре комнаты, стоял неоконченный портрет.
Придя домой, Дайана первым делом поспешила в мастерскую, сняла портрет с мольберта, поставила на его место чистый холст и попыталась нарисовать лицо человека, едва не убившего ее сегодня. Но руки тряслись так, что пришлось отступиться.
По дороге к дому Дайаны Стивенс детектив Эрл Гринберг пожаловался:
— Больше всего на свете ненавижу делать именно это.
— Лучше пусть узнают от нас, чем из вечерних новостей, — покачал головой Прегитцер. — Сам скажешь?
Эрл Гринберг угрюмо кивнул, вспоминая историю детектива, которого послали сообщить миссис Адамс, жене патрульного, что ее муж был убит.
— Она очень чувствительна, — предупредил детектива шеф. Уж вы там как-нибудь поосторожнее.
— Не волнуйтесь, я справлюсь, — заверил детектив. И поехал выполнять задание.
Постучал в дверь Адамсов и, когда жена погибшего полицейского открыла, с ходу спросил:
— Это вы вдова Адамс?
…Дайана вздрогнула, услышав резкий звонок в дверь. Женщина растерялась. Она никого не ждала.
— Кто там? — спросила она, подойдя к домофону.
— Детектив Эрл Гринберг. Мне хотелось бы поговорить с вами, миссис Стивенс.
Дайана решила, что речь пойдет о попытке ограбления. Странно, что полицейские добрались к ней так быстро.
Она нажала кнопку. Гринберг вошел в коридор и шагнул к ее двери.
— Здравствуйте.
— Миссис Стивенс?
— Да. Спасибо, что приехали сразу же. Я начала рисовать портрет этого человека, но… — Дайана перевела дыхание. — Смуглый, с глубоко посаженными светло-карими глазами и маленькой родинкой на щеке. Пистолет был с глушителем, и…