— В комнате было четверо. Один из них был привязан к стулу. Двое стояли по бокам, а мистер Алтьери, кажется, допрашивал его. — Ее голос дрогнул, и она поспешно сжала кулаки, чтобы взять себя в руки. — Мистер Алтьери выхватил пистолет, крикнул что-то и выстрелил этому человеку в голову.

Джейк покосился на присяжных. Поглощенные рассказом Дайаны, они зачарованно слушали.

— И что вы сделали потом, миссис Стивенс?

— Побежала к машине и позвонила в полицию с сотового.

— А дальше?

— Уехала.

— На спущенной шине?

— Да.

Пришла пора взбаламутить тихие воды.

— Почему же не подождали полицейских?

Дайана бросила взгляд на скамью подсудимых. Алтьери с нескрываемой злобой смотрел на нее. Дайана отвела глаза.

— Я… я не могла остаться, потому что… боялась… а вдруг кто-то выйдет из дома и наткнется на меня.

— Все это вполне понятно. — Голос Рубинштейна внезапно стал жестким. — Непонятно другое: почему, когда приехавший на ваш вызов полицейский патруль вошел в строение, там не только не оказалось ни единой души, но не было и ни малейшей улики, указывавшей на такое преступление, как убийство, не говоря уж о том, что на полу не заметили ни капли крови.

— Ничего не могу поделать. Я…

— Вы художница, не так ли?

Дайана с недоумением нахмурилась, явно застигнутая врасплох вопросом.

— Да, я…

— И достаточно успешная?

— Полагаю, что так, но какое это имеет…

Пришло время подсечь рыбку.

— Немного лишней рекламы никогда не повредит, верно? Вся страна видит вас в ночных новостях по телевизору и на первых страницах газет…

Взбешенная, Дайана резко вскинула голову:

— Я не делаю подобных вещей ради рекламы! И никогда не обвинила бы невинного человека…

— Ключевое слово «невинный», миссис Стивенс. И я, без всякого сомнения, докажу, что мистер Алтьери невиновен. Спасибо, с вами на этом покончим.