Это, несомненно, была комната для допросов. Простой стол освещался ярким пучком света. Обстановку довершали жесткие деревянные стулья.

Повинуясь обстоятельствам, Сэмми Ки сел, не дожидаясь, пока его пригласят.

– Я полковник Виктор Дитко, – представился русский, и Сэмми сразу понял, что перед ним человек из КГБ.

Американец принялся было представляться в свою очередь, но полковник не дал ему договорить и выпалил:

– Как вы попали в страну?

– Морем с западного побережья. У меня был плот.

– С подводной лодки?

– Нет. Я плыл из Южной Кореи.

– Где вы высадились?

– Не знаю. В какой-то деревне.

– Как попали в Пхеньян?

– Поездом. Из Чаньена.

Полковник кивнул. Чаньен была железнодорожная станция в ста километрах южнее Пхеньяна. Оттуда в столицу и обратно регулярно ходили поезда – настолько регулярно, насколько это возможно в Северной Корее. Для обладателя азиатской физиономии и местной валюты совершить такую поездку не составляло труда, даже если речь шла об американце, – при условии что он говорит немного по-корейски и держится в тени.

– И вы прибыли в Северную Корею по морю специально для того, чтобы переметнуться к нам? Но политического убежища вы могли бы попросить и в любой западной стране. Наши посольства есть везде.

– Я прибыл в Северную Корею не для того, чтобы просить политического убежища. Я прошу его с одной целью – чтобы выбраться из Северной Кореи.

Причем живым.

– Тогда зачем вы здесь оказались?

– Я приехал для того, чтобы своими глазами увидеть Синанджу.

– Впервые слышу это название.

– Это местечко на берегу Западно-Корейского залива. Мне рассказал о нем мой дед.

– Следовательно, вы шпион, – заключил полковник Дитко, полагая, что Синанджу – военный объект. – Вы признаетесь в этом?