В тесном, замкнутом пространстве приступ клаустрофобии давал о себе знать в полную силу. Майку казалось, что белый атлас сжимается вокруг него, давит на лицо...
Он посветил фонариком на часы. 2.47.
Чтоб им пусто было!
Они там что, вконец охренели?! Два сорок семь! И куда они, мать их за ногу, подевались?! Совсем крышу снесло в каком-нибудь ночном клубе?!
Майкл смотрел на белый атлас. В голове гудело, губы запеклись, ноги словно склеились. Переполненный мочевой пузырь болел нестерпимо. Он не знал, долго ли еще продержится.
От отчаяния Майкл замолотил костяшками пальцев по крышке гроба и заорал:
– Эй, вы, сволочи!
Он снова посмотрел на мобильник. Полная тишина. На всякий случай он отыскал в записной книжке номер Люка и нажал кнопку набора. Телефон пискнул, и на дисплее появилась надпись: «Нет связи».
Майкл нашарил рацию, включил ее и снова стал выкрикивать имена друзей. И еще того, другого, чей голос он помнил очень смутно:
– Дэви! Алло, Дэви!
Ответом было лишь слабое потрескивание.
Майклу отчаянно хотелось пить – во рту пересохло. Неужели они совсем не оставили ему воды? Он чуть приподнял голову, стукнувшись о крышку, и вдруг в темноте сверкнуло горлышко бутылки. Знаменитое виски «Граус».
Разочарованный, он сорвал с горлышка оплетку, отвинтил крышечку и глотнул. В первое мгновение жидкость во рту показалась ему бальзамом, а затем огнем обожгла язык и пищевод. Однако почти сразу же стало чуть легче. Он вновь приложился к бутылке. Полегчало еще больше.
Прежде чем завинтить крышку, Майкл сделал третий глоток, посолиднее, и закрыл глаза. Голова уже не так раскалывалась. Да и мочевой пузырь как будто поутих.
– Вот уроды... – пробормотал он.
8
Эшли была похожа на призрака. Ее обрамленное длинными каштановыми волосами лицо было таким же бледным и бескровным, как у больных, лежавших в палате у нее за спиной в хаосе трубок, проводов, вентиляторов и мониторов. Она ждала, прислонившись спиной к стойке поста дежурной медсестры отделения интенсивной терапии окружной больницы Суссекса. Такой беззащитной Марк не видел ее никогда, но сейчас она показалась ему еще красивее.