Подобрав два выпавших из кармана двадцатипятицентовика, Римо снова огляделся. Бесполезно – в такое время на улицах черных кварталов нет ни души; можешь сколько угодно планировать с балконов на мостовую – никто не выскочит на улицу и не примется орать: «Глядите, глядите все, что этот малый там делает!»

Для своих шести футов роста Римо, смуглый брюнет с высокими скулами и холодновато-внимательным взглядом темных глаз, был даже чересчур худощав – и только широкие запястья указывали на то, что тело его отнюдь не было комом вянущей плоти, что в среде его собратьев по полу стало, увы, обычным явлением.

Правда, некоторые из этих его собратьев тоже пробовали себя в прыжках с высоты – с помощью тросов, пенопластовых блоков и громадных надувных матрасов, благодаря которым их хрупкие тела не разбивались вдребезги при падении; не будучи способным спасли себя сам, человек поручил это материалу.

Пользоваться внутренними органами они тоже не умели – у большинства из них кишечник и печень работали независимо друг от друга, находясь словно в разных мирах. А уж что они ели для восстановления энергии и как дышали – слава Богу, что хотя бы навыки работы клеточной системы ими еще не были утрачены. Иначе вряд ли кто-либо из них дожил бы до двадцати.

Обернувшись и задрав голову, Римо снова оглядел здание.

Тренировка... Для него это было не тренировкой, а способом почувствовать свое тело, управляющее в свою очередь, его мыслями, поступками – всей его жизнью.

Неподалеку, примерно в двух кварталах, чуткое ухо Римо уловило шорох шин – и спустя пару минут на улицу лениво въехал автомобиль с желтой лампой на крыше, означавшей, что данный экипаж предоставляет услуги внаем.

Римо помахал шоферу – нужно было двигаться обратно в гостиницу. Можно, конечно, было и пробежаться – но зарядка была так или иначе закончена, и уж если ему посчастливилось в такой ранний час отловить такси, к чему пропускать удачу?