– Какие будут указания, мистер Уолгрин? – голос секретарши вернул его к действительности.

– Прежде всего временно переведем ваше рабочее место вниз, в холл – кто знает, что могут устроить здесь эти маньяки, и не дай Бог, пострадает кто-то из тех, кого все это абсолютно не касается.

– Вы считаете, вам звонил маньяк?

– Нет, – ответил Уолгрин. – И именно поэтому я и собираюсь удалить вас отсюда.

К его огорчению, полиция ухватилась как раз за версию о маньяке. Капитан из управления прочел ему лекцию, в которой Уолгрин без труда узнал их служебную инструкцию о терроризме. Хуже того – инструкция была старая.

Капитана из управления звали Лапонт. Возраста он был примерно того же, что и Уолгрин, но на том сходство и заканчивалось: рядом с худощавой, подтянутой фигурой Уолгрина волнующуюся плоть полицейского чина удерживал, казалось, только темно-синий мундир. До Уолгрина капитан снизошел лишь по той причине, что тот был важной шишкой в деловых кругах. Говорил он с ним так, будто произносил речь о психологии преступного мира на обеде в дамском благотворительном обществе.

– Итак, мы имеем дело с террористом-маньяком, которого не пугает даже смерть, – глубокомысленно заключил страж порядка.

– Не совсем так, – возразил Уолгрин. – То есть все террористы утверждают, что их не пугает смерть, но в действительности это редко бывает.

– Инструкция указывает на это как на типичное обстоятельство.

– Вы говорите об инструкции Службы безопасности по борьбе с терроризмом, – устало ответил Уолгрин. – Которую признали устаревшей сразу после ее принятия.

– Да по телевизору только и говорят о том, что террористы не боятся умирать! Вчера, например, в программе новостей – я сам слышал.

– Тем не менее это не так. И в любом случае я не думаю, что мы имеем дело с террористом.