Так они прошли чуть не километр, как он прикинул, мимо дверей кабинетов с официальными табличками. Им никто не встретился. Лейтенант свернула к просторной приемной и вошла в дверь с надписью «Старший офицер службы тыла». Сидевшая там за столом другая женщина кивнула ей, и она, не останавливаясь, прошла через приемную и постучала во внутреннюю дверь. Голос предложил ей войти. Она открыла дверь, подождала, пока пройдет Гельдер, проследовала за ним и мягко прикрыла дверь. Невысокий толстенький контрадмирал сидел за большим столом, изучая какой-то документ. Обвинение, надо полагать.

Гельдер вытянулся по стойке смирно и отдал честь.

— Товарищ адмирал, старший лейтенант Гельдер по вашему приказанию прибыл.

Адмирал глянул на него и вздрогнул.

— Выглядишь ты, как дерьмо, — сказал он.

— Виноват, товарищ адмирал, не было времени...

— Ну еще бы.

Адмирал вытащил из ящика письменного стола конверт и протянул его Гельдеру.

— Вы немедленно должны явиться в распоряжение командира, — он поколебался — особой бригады в Лиепае, — сказал он и, казалось, задумался. — Ну, может, и не немедленно. Час-другой роли не играют.

Он сунулся в стол, достал печать и подписал какой-то документ. Оторвал листок от блокнота и передал его тут же подошедшей женщине-лейтенанту.

— Отведите его в штабной склад, разбудите сержанта и подберите приличное обмундирование. Также организуйте ему душ и бритье.

Адмирал вновь полез в стол и достал бутылку водки и стакан. Налил горькой и предложил Гельдеру.

— Ну-ка, судя по тебе, не повредит.

Гельдер выпил и поставил стакан на стол.

— Большое спасибо, товарищ адмирал. Разрешите спросить.

— Не разрешаю, — отозвался адмирал. — Шагом марш отсюда.

Очевидно, воинского суда не будет, да и о понижении в звании помину не было. Итак, Лиепая. Какого черта им нужно от него в Латвии? Там не было подводных лодок.