– У вас неплохо идут здесь дела, Митч, – заметил Ламберт, просматривая бумаги. Досье лежало в чемоданчике, под столом.

– Благодарю вас. Я стараюсь.

– По налогообложению и ценным бумагам у вас высшие баллы.

– Для меня это наиболее интересные дисциплины.

– Мы видели ваши письменные работы, они впечатляют.

– Благодарю вас. Мне нравится исследовательская работа.

Не моргнув глазом они проглотили эту очевидную ложь. Что ж, таков ритуал. Ни один студент-юрист, равно как и ни один специалист со стажем, будучи в здравом уме, не в состоянии получать удовольствие от так называемой исследовательской работы, или поиска, или работы с финансовой документацией, что одно и то же, хотя каждый законник-профессионал, безусловно, воспитал в себе уважение и любовь к библиотеке.

– Расскажите нам о вашей жене, – вновь вступил Макнайт почти робко.

Они были готовы к новому отпору, но его не последовало – вопрос был стандартным, не покушающимся на святыни.

– Ее зовут Эбби. У нее диплом по дошкольному образованию. В Кентукки мы закончили учебу одновременно и через неделю поженились. Последние три года она работает воспитателем в частном детском саду неподалеку от Бостонского колледжа.

– И ваш брак…

– Мы очень счастливы. Хорошо узнали друг друга за годы учебы.

– А кем вы были в футбольной команде? – Ламар решил на время оставить деликатную тему.

– Защитником. Выступать приходилось много, правда, до тех пор, пока я не повредил колено в последней университетской игре. Наша команда из Кентукки была сильнейшей. Я играл четыре года подряд, но вот колено так до сих пор и не пришло в норму.

– Как же вы умудрились добиться таких успехов в учебе, одновременно играя?

– На первом месте у меня всегда были знания.

– Не думается мне, что колледж в Кентукки был из разряда лучших, – неосторожно вырвалось у Ламара вместе с пренебрежительной усмешкой. Он тут же пожалел об этом, но было поздно. Его коллеги неодобрительно шевельнули бровями, давая понять, что заметили промах.