Вслед за первым завыванием раздалось еще одно, более слабое. Джек и Анна в тревоге переглянулись. Сразу две «скорые»?

— Жаркий будет денек, — пробормотал он.

— Травматология свободна? — спросила Анна.

— Пациентку увезли на рентген.

Он шагнул навстречу машине, которая сдавала задом. Как только «скорая» остановилась, Джек рывком распахнул задние двери.

На этот раз мужчина. Средних лет, тучный. Кожа бледная и липкая. «У него шок», — сразу же подумал Джек, однако ни крови, ни признаков повреждения видно не было.

— Это один из тех, по чьей вине произошло ДТП, — начал пояснять санитар, пока они катили мужчину в процедурную. — Когда мы вытаскивали его из машины, он жаловался на боль в груди. Ритм был стабильным, небольшая тахикардия, экстрасистол не отмечалось. Верхнее — девяносто. На месте мы ввели ему морфий и нитроглицерин; кислород — на шести литрах.

Все работали слаженно. Пока Анна записывала историю и осматривала пациента, медсестры подключили электрокардиограф. Из аппарата вылезла лента. Джек оторвал ее и сразу же обратил внимание на элевацию сегмента ST в отведениях V1 и V2.

— Передний инфаркт миокарда, — сообщил он Анне.

Она кивнула.

— Я так и подумала, что он кандидат на ТАП.

— Еще одна «скорая»! — крикнула из дверей медсестра.

Джек с двумя медсестрами бросился к эстакаде.

Молодая женщина кричала и корчилась на носилках. Джек взглянул на ее укороченную правую ногу: ступня была резко вывернута на сторону. Пациентку надо срочно отправлять в хирургию. Джек быстро срезал с нее одежду, и картина стала ему ясна: вклиненный перелом костей тазобедренного сустава. Бедренная кость женщины впечаталась в таз после сильного удара коленями о приборную панель автомобиля. При виде жутко деформированной ноги Джеку стало немного не по себе.

— Морфии? — спросила медсестра.