— Помни о зазоре. Расщелина узкая. Ты следишь за температурой воды?

— Она начала подниматься. Уже тринадцать градусов.

— До жерла еще порядочно. Вот пройдешь две тысячи метров, тогда вода и впрямь станет горячей.

Внезапно прямо перед лицом Ахерна мелькнула какая-то тень. Стивен мотнул головой, непроизвольно дернул ручку управления, и аппарат завалился на правый борт. Сильный удар о стену каньона сотряс субмарину.

— Боже!

— Что там у тебя, Стив? — спросила Хелен. — Немедленно доложи состояние!

Он судорожно хватал ртом воздух, сердце зашлось в панике — казалось, оно колотится не о ребра, а прямо о ложемент. «Корпус! Неужели я повредил корпус?»

Сквозь хрип собственного дыхания Стивен пытался разобрать, нет ли посторонних звуков — крика разрываемой стали, торжествующего вопля воды, со смертельной силой пронзающей оболочку. Тысяча сто метров отделяли его от поверхности, и давление свыше ста атмосфер страшным кулаком сжимало аппарат со всех сторон. Разрыв корпуса, водяной залп — да его просто размажет!

— Стив, ответь мне!

По телу Ахерна струился холодный пот. Наконец Стив заставил себя заговорить:

— Я тут немного дернулся… и вписался в стену каньона…

— Повреждения есть?

Он осмотрел фонарь.

— Не могу сказать. Думаю, удар пришелся на передний гидролокатор.

— Маневрировать можешь?

Стивен подвигал ручками управления, закладывая поворот влево.

— Да. — Он с облегчением вздохнул. — Кажется, все в порядке. Что-то промелькнуло прямо перед фонарем, и я вздрогнул от неожиданности.

— «Что-то»?

— Оно пронеслось так быстро! Просто молнией! Словно бросок змеи.

— У этого «что-то» была голова рыбы, а тело угря?

— Да. Именно так.

— Тогда это термарцес, рыба из семейства бельдюговых. Термарцес церберус.