Переполненный поезд подошёл к станции «Уолл-стрит» нью-йоркской подземки, и двадцатидвухлетний Крис Шипеорский в компании таких же, как и он сам, британских банковских клерков, стал проталкиваться к выходу. Эти мальчики с молодыми свежими лицами, на которых было запечатлено не растраченное ещё любопытство к жизни, напоминали скорее туристов, нежели чопорных служащих банка.

— Вот уж не думал, что мы доберёмся до этой станции без потерь, — сказал Крис. — Ты так сражался за место в конце вагона, Дункан, что за тебя было просто страшно.

— Все эти приёмчики, как выживать в переполненном транспорте, по телевизору показывали, — сказал высокий рыжеватый молодой человек, говоривший с лёгким шотландским акцентом. — Нью-Йорк, да будет вам известно, город крутой.

— Это была, случайно, не та передача о токийских пригородных поездах? О которой ты говорил? — поинтересовался Йен, третий член маленькой компании.

— Нет. С чего это ты взял? Ты ведь её не смотрел? — сказал Дункан.

— Готов поспорить, что так оно и было, — с уверенностью в голосе произнёс Йен.

— Хм, — буркнул Дункан, и на лице его проступило сомнение.

Когда они пересаживались с поезда на поезд на Центральном вокзале, Дункан решил основательно потеснить ехавших с ними в поезде пассажиров, чтобы освободить местечко для приятелей. Это у него неплохо получилось, но, если бы двери вовремя не закрылись, разъярённая толпа на платформе наверняка линчевала бы шотландца.