Двенадцатью днями раньше

Я смотрел в окно, за которым бушевала ночная гроза.

Смотреть было особо не на что — видимость не превышала трех метров. Призрачный свет фонаря едва рассеивал сумрак. Серые силуэты автомобилей за сплошной стеной ливня напоминали погребальные сооружения. Время от времени небо раскалывал зигзаг молнии. Вода у подножия наружной лестницы поднялась уже как минимум на пять сантиметров. Как всегда в этой части Флориды во время сезона ураганов… И разумеется, ни одного клиента! Какой псих явится за врачебной консультацией в такую погоду? Стало быть, мой доход за это ночное дежурство будет нулевым или близким к нулю, и я совершенно напрасно пожертвовал приятным вечером в кругу семьи…

Я вздохнул.

— Тебе страшно, пап?

— Нет. А тебе?

— Тоже нет.

Я по-прежнему прижимал мобильник к уху, а лоб — к стеклу. Благодаря недавно установленному климатизатору («Carrier» последней модели, делающий воздух нежным как шелк) в приемной было прохладно. Может быть, даже слишком… но это лучше, чем весь день задыхаться от жары.

— Ты сегодня лечил детей? — послышался голос Билли в телефоне.

— Да, нескольких.

— С ними было что-то серьезное?

— Да нет, не очень.

— Им было больно? У них шла кровь?

Билли, как всегда, в своем репертуаре. Его интересуют только ушибы, переломы, кровь и прочие страсти. Он это обожает. Но больше всего ему нравятся истории о рвоте или о расколотых пополам черепах.