– Я сама удивлена... – Дама за рулем зарделась. – Обычно я не подсаживаю незнакомцев, но нога сама нажала на тормоз, когда я вас увидела...

Плюс моего экстравагантного имиджа – у женщин я ассоциируюсь либо с героем их ночных грез, либо, в крайнем случае, с альфонсом, но никак не с бандитом или насильником. У определенного сорта женщин, конечно. У тех, которых бог умом обидел, а черт заразил приступами щекотки в паховой области.

– Так вы меня подвезете?.. – Я немного переигрывал, но она не замечала. – И... выслушаете меня?

Конечно, она меня подвезет! Ради того, чтобы выслушать. Еще бы, такой соблазн. Пусть только попробует отказаться, подружки, которым она будет после рассказывать о встрече с седовласым принцем в белоснежных одеждах, ни за что ей не простят, откажись она меня подвезти. Подруги, как и сама эта баба, скорее всего сплошь жены «новых русских», поднявшихся на торговле китайской тушенкой. В прошлом – работа рядовыми продавщицами и тройки в аттестате за восьмой класс. Денег не мерено, а с принцами напряженка. Я подобную категорию определяю на раз и знаю, как с ними обращаться.

– Наш... – Она хотела сказать «наш с мужем», но вовремя спохватилась. – ...Мой коттедж не совсем по пути, но...

– Помогите бедному художнику, прошу вас! – Я добавил жару в топку ее решимости.

– Так вы художник? – округлила глаза женщина.

– И да, и нет. Я занимаюсь кино. – Я был искренен с ней, как никогда.

– Кино!..

Все, мадам готова, сражена наповал. Я вплетаю в канву своих обольстительных речей пару звонких фамилий киноартистов. «Вольво» трогается с места, и мы едем. На ходу сочиняю огнедышащую страстями историю любви, ревности и измены.