Броди знал: одно неудачное лето — и живущих на пособие станет вдвое больше, Если не все дома будут сданы в аренду, то неграм в Эмити работы не будет, а ведь многие из них служили в отелях, нанимались садовниками, барменами. Два или три неудачных лета подряд — такого уже, слава богу, лет двадцать не было — могли бы погубить город. Если у людей нет денег на одежду, топливо и продукты, если у них нет денег на ремонт жилища и бытовой техники, торговцы и фирмы коммунальных услуг будут терпеть убытки и не смогут продержаться до следующего лета. Магазины закроются, жители Эмити станут ездить за продуктами в другие места. Налоговые поступления прекратятся, муниципальные службы придут в упадок, и начнется повальное бегство из города.

Поэтому жители Эмити должны были поддерживать друг друга, каждый обязан был вносить свою лепту в преуспевание города. Броди вспомнил, как несколько лет назад в Эмити приехали два брата, два молодых человека, и открыли здесь столярную мастерскую. Феликсы приехали весной, когда работы для них было много — приводились в порядок дома для курортников, и приняли их радушно. В своем деле они оказались весьма сведущими, и многие местные столяры делились с ними своими заказами.

Но в середине лета о братьях поползли недобрые слухи.

Альберт Моррис, владелец скобяного магазина, говорил, что они покупают простые стальные гвозди, а деньги потом за них берут, как за оцинкованные. В Эмити климат влажный, морской, и стальные гвозди начинают ржаветь через несколько месяцев. Дик Спитцер, владелец склада лесоматериалов, сообщил кому-то, что Феликсы для работы в одном из домов на Скотч-роуд заказали партию низкосортной сырой древесины. Дверцы в шкафах начали коробиться чуть ли не сразу после того, как их навесили.

Как-то в баре Феликс-старший, Армандо, бахвалился перед своим собутыльником, как ловко он обманывает своего заказчика: работы по договору выполняет только на две трети, но плату получает полностью. А Феликс-младший — его звали Дэнни и все лицо у него было в прыщах — любил показывать приятелям порнографические книжки да еще похвалялся, что украл их в тех домах, где работал.