Впрочем, Эллен его все равно уже потеряла, потому что он проводил все свободное время с сыновьями.

- Шон! - позвала она.

Ответом было мертвое молчание, но скрип двери говорил о том, что ее услышали.

- Динг-Донг, - проронила она как бы невзначай. В конце концов, на этой неделе была его очередь помогать с мытьем посуды.

Вошел Шон как ни в чем не бывало.

- Привет! - вымолвил он с улыбкой. На носу красовалось пятнышко белой краски. Она вытерла пятно и очень решительно вручила ему полотенце.

- И тебе привет. Ну, как дела с яхтой?

Он взглянул на полотенце, как будто видел его впервые.

- У нас в самом деле есть Динг-Донги? - поинтересовался Шон.

- Ты же их вчера прикончил, разве не помнишь?

- Но ты же сказала...

- Я просто думала вслух. Я не подозревала, что кто-то скрывается за дверью. Мне никто не отвечал.

Она вручила ему тарелку со словами:

- Смотри, не урони. Я тебя предупреждаю...

Он состроил гримасу.

- Майк сказал, что я должен закончить покраску румпеля, или он не возьмет меня с собой на яхту, я тогда не буду в регат...

- Когда вытрешь насухо посуду.

- Но мама... Папа!

- Он наверху разговаривает с Майком, - пояснила она, а про себя подумала: "Давай, три, самородок, или я тебя задушу полотенцем".

Он начал очень медленно вытирать тарелку, а потом пожаловался:

- Я не успею закончить свою работу... И он не возьмет меня на яхту...

- Шон, - сказала она строго, - я хочу, чтобы ты меня выслушал внимательно и все хорошенько запомнил.

Он взглянул на нее. Нижняя губа у него была оттопырена, а в глазах светилась злость. Типичный, вконец избалованный маменькин сыночек. Отец бы его сейчас не узнал.

- Ну, что еще?

- Если ты не будешь мне помогать сегодня и до конца недели, ни о какой регате не может быть и речи.