Он стыдится нас. Очевидно, он собирается после Кембриджа работать в Министерстве иностранных дел, поэтому заранее „предупредил“ нас, что дальнейшие контакты с семьей поддерживать не намерен. На первом месте для него всегда будет карьера. На мой вопрос, почему Господь наградил нас чадом с таким противоречивым характером, Питер ответил, будто достаточно того, что приемные родители могут им гордиться. Если бы рядом в этот момент не было Джин, я бы, наверное, его ударил».

В 1972, году после окончания Кембриджа, Питера пригласили работать в Министерство иностранных дел, где его сразу же заметил сэр Ангус Фрейзер, тогдашний посол во Франции. При поддержке Фрейзера Фентон начал блестящее восхождение по служебной лестнице. Однако его брак с Верити Стендиш в 1980 году многими расценивался как ошибочный, что несколько затормозило его головокружительную карьеру. Его избранница, старше его на тринадцать лет, будучи вдовой с двумя детьми-подростками, считалась всеми недостойной партией для будущего посла. Вопреки тому, в чем он десять лет тому назад убеждал приемного отца, любовь к Верити Питер ставил выше карьеры, и отстаивал свою позицию, пока не получил назначение в Вашингтон в 1981 году.

Затем последовали семь лет успешной работы и ничем не омраченного брака. За службу правительству Ее Величества он был отмечен наградой во время Фолклендского конфликта. Верити же зарекомендовала себя верной женой и великолепной хозяйкой, устраивающей многочисленные приемы. Ее дети, проводившие каникулы вместе с родителями, в каком бы уголке мира те ни находились, всегда отзывались о Фентоне с любовью. «Он неизменно был добр к нам, — уверял сын Верити Энтони Стендиш. — Отчим как-то признался мне, что раньше превыше всего ценил только деньги и карьеру, пока моя мать не открыла ему глаза на то, что такое истинная любовь. Поэтому-то я и не верю, что он стал предателем. Деньги не смогли бы его увлечь. По моему мнению, скорее, это у матери мог быть роман на стороне.