Донна вдруг вся похолодела, как будто кто-то впрыснул ей в жилы ледяную воду. Но почему — она и сама не знала, может, на нее так подействовал вид полицейской формы. Когда отец был еще жив, она часто видела полицейских: они сообщали ее матери, что пьянь, которую она выбрала себе в мужья, спит в камере, потому что весь обмочился и не может в таком виде вернуться домой, или что они привезли его с собой на машине.

Но это было далекое прошлое, поросшее, как говорится, быльем.

Но зачем полицейский явился к ней в дом в семь часов вечера?

Она смахнула с лица прядь волос и равнодушно уставилась на него.

— Миссис Уорд? — спросил он приглушенным голосом. Она молчала.

— Миссис Донна Уорд? — повторил Кобб.

— Да. В чем дело?

— Позвольте войти? — сказал Кобб, окинув молодую женщину быстрым оценивающим взглядом. Светловолосая. Хорошенькая. Стройная. Вероятно, уже под тридцать. Одета довольно небрежно: джинсы, спортивный свитер. Глаза серые, очень подвижные, они оглядывали его с изумлением и беспокойством. Он так и не знал, впустит ли она его, но она сняла цепочку с крючка, открыла дверь достаточно широко, чтобы он мог войти, и тут же снова закрыла ее.

— Извините, что я не сразу пригласила вас войти, — быстро сказала она. На ее лице плавала приятная улыбка, но в глазах застыло напряжение.

Делай свое дело.

Кобб неуклюже стоял посреди холла.

— Миссис Уорд, — начал он. Продолжай. Ты должен и можешь сделать свое дело. — Я приехал, чтобы сообщить вам о несчастном случае...

— Что-нибудь с Крисом? — перебила она, не отрывая глаз от вошедшего.

— С вашим мужем — мы предполагаем, что это ваш муж, — произошел несчастный случай. Автомобильная авария.

На секунду она крепко зажмурила глаза.

— Он ранен? — спросила она хриплым голосом.

— Мы хотели бы, чтобы вы опознали его, — сказал Кобб. На глазах у нее выступили слезы.

— Откуда вы знаете, что это он? — спросила она, не владея собой.