Мин оглянулся. К ним спешил седовласый старик, такой худой, что напоминал скелет. Но улыбался он так, что хотелось улыбнуться в ответ. Следом с трудом бежала полная женщина средних лет.

– Отец! - позвала она, отдуваясь. - Только не снова! Старик уже радостно тряс оторопевшей Ларе руку.

– Эдалия, как давно мы не виделись! Ты уже вышла замуж за того мальчика? - сыпал вопросами дед. - Как его звали? Даре? Да, так, кажется… Ты уже закончила обучение? Чем ты теперь занимаешь?

Лара безуспешно пыталась высвободить ладонь.

– Господин, я не… я…

– Простите его, - толстуха наконец добралась до них. - Отец немного… не в себе. Он не всегда помнит, где находится. Или когда.

– Да все в порядке, - заверила ее Лара, несмотря на то что весь ее вид говорил об обратном.

– Дитя мое, - старик потянул толстуху за руку. - Позволь познакомить тебя с Эдалией Монотиер, одной из лучших моих учениц.

– Когда? - устало спросила дочь.

– Что? - удивился старик.

– Когда она была твоей ученицей? Старик неуверенно посмотрел на Лару.

– Тридцать… тридцать пять лет назад…

– Посмотри на нее, папа. Девушке нет тридцати. Старик придвинулся ближе.

– Эдалия?

Лара покачала головой. Она даже ласково улыбалась, хотя Мин Дойнос счел ее улыбку вымученной.

– Простите, - сказала девушка. - Я - Лара.

– О! - старик отодвинулся и принялся озираться по сторонам. - А где тогда Эдалия?

– Может, пошла дальше, осматривает музей. Папа, ты поди поищи ее. Я сейчас догоню.

Старик вежливо, хотя и рассеянно кивнул молодым людям и побрел к ближайшему стенду.

– Вы уж извините его, - толстуха вытерла потное лицо большим цветастым платком. - Он когда-то служил в разведке, вот и ходит сюда каждый день. Его подстрелили во время одной операции, - она приставила пухлый палец к виску. - Папа так и не оправился.