Будь Люк моложе, он тоже горел бы желанием расплаты, но сейчас он отложил эту часть себя в сторону. Это было мышление темной стороны, незрелое мышление. Много времени прошло с тех пор как он был невинным юношей с гладким лицом; теперь на этом лице скопились морщины и боевые шрамы, соответствующие опыту и спокойствию, накопленным в его душе.

Люк потянулся своими чувствами и стал искать Мару. Он нашел ее и чуть не отдернулся; Мара была ледяным присутствием, полностью сконцентророванным на своем задании.

Люк пожал плечами. Ледяной холод был лучше, чем альтернатива. Мара, несмотря на свое холодное и контролируемое поведение, была так же, как и он, разъярена едва не случившейся потерей Бена и случившейся потерей племянников, и Люк бы не удивился, обнаружив, что она пылает жаждой мести, как светомеч. Тот факт, что этого не было, означал, что она контролирует себя.

- Крылья в боевой режим, - сказал Люк и подкрепил слова действием, щелкнув выключателем и разделив летные поверхности "иксокрыла" в родной иксобразный атакующий профиль. - Первая и третья тройки, ведущий ваш, остальные - за ведомым. Огонь по готовности.

Он переключил лазеры на счетверенный огонь, чтобы все четыре стреляли при едином нажатии на гашетку, и открыл огонь по ведущему кораллу-прыгуну. Четыре красные струи разрушительной энергии лазеров устремились к кораллу-прыгуну…

Нет, восемь струй. Залп Люка, нацеленный в правый борт "скока", не достиг цели; впереди возникла чернота, искривившая окружающее пространство подобно гигантской линзе, и всосала выстрелы в себя. Четыре красных пучка энергии изогнулись и пропали. Однако залп Мары, нацеленный в левый борт, настиг коралла-прыгуна в следующее мгновение после того, как исчезли разряды Люка. Он ухмыльнулся; должно быть, она тоже использовала свои способности джедая, чтобы наблюдать за ним. В противном случае она не смогла бы так мастерски выбрать момент. Лазеры Мары поливали огнем корпус вражеского истребителя, пока не вклинилась линза, после чего опять выстрелил Люк, срезав кораллу-прыгуну корму. За его выстрелами последовали выстрелы Коррана. Кораллообразный материал корпуса перегрелся, и лазеры оторвали от его поверхности раскаленные до красноты куски породы.