Куай-Гона вызвали на Малый Совет через три дня после возвращения на Корускант. Но короткая передышка была приятной: он спокойно медитировал, изучал древние тексты, мерил шагами мрачные коридоры Храма или принимал участие в тренировках по фехтованию на лазерных мечах.

Благодаря своим знакомствам среди служащих Галактического сената КуайГон уже знал о том, что Торговая Федерация потребовала от Республики вмешательства в борьбу с терроризмом и санкции на дальнейшее наращивание оборонительных армий дроидов - в этих требованиях не было ничего нового. Зато Куай-Гон был немало удивлен, узнав о заявлении Торговой Федерации о том, что капитан Коул не только уничтожил "Доход", но и похитил тайный запас слитков ауродиума, который, по слухам, оценивался в миллиарды кредитов.

Эта новость не выходила у рыцаря из головы, пока он шел, чтобы предстать перед Советом. Он и не подозревал, что в Совете в это время напряженно обсуждался инцидент у Дорваллы.

Многие полагали, что Куай-Гон уже давно вошел бы в Совет, если бы не его склонность обходить правила и следовать собственной интуиции даже тогда, когда эта интуиция противоречила объединенной мудрости членов Совета. Этим он отнюдь не снискал любовь вышестоящих магистров и рыцарей. Скорее наоборот, они видели в его нежелании подчиниться и занять место в Совете еще один признак не исправимой испорченности.

В Малый Совет входили пять членов. Хотя это редко были одни и те же магистры. Сегодня, например, их было только четверо: Пло Коон, Оппо Ранцисис, Али Галлия и Йода.

Куай-Гон отвечал на их вопросы, стоя в центре зала. Ему было позволено сесть, но он предпочел остаться стоять.