
Йода проковылял через зал, часто кивая на ходу.
- Избегать стычек с "Невидимым фронтом" должны мы. Деньги сулят сейчас. Скомпрометируют нас завтра…
- Согласен, - сказал Ранцисис. - Мы не можем нарушать нейтралитет.
- Но нам придется нарушить его, - выпалил Куай-Гон. - Я не выступаю на стороне Торговой Федерации. Но пусть действия "Не видимого фронта" ограничиваются задержкой грузовозов. Невинные существа страдать не должны.
Все замолчали, только Йода высказался.
- Настоящий рыцарь наш Куай-Гон, да, - сказал он с мягким упреком. - В поиске своем справедливости всегда.
Глава 8
Неймодия была маленькой и влажной планеткой. Стареющее солнце освещало ее скудно и словно бы презрительно. Словом, Неймодия вовсе не была тем местом, куда все стремятся попасть. Даже сами неймодианцы не любили ее. Близость самоуверенной Кореллии и индустриализированного Куата не только не играли на руку Неймодии, но даже наоборот, добавляла ей поводов для страданий: ни раньше, ни теперь содружество Центральных миров не принимало Неймодию в свой круг. Унизительное положение вечных изгоев пронизывало все слои неймодианского общества.
Это пренебрежение убедило неймодианцев, что успеха и процветания добьется только тот, кто проявит себя не просто способным индивидуумом, но настоящим хищником. Достичь вершины пищевой цепочки можно только по головам более слабых конкурентов. А чтобы удержаться на ней, нужно подмять под себя все ресурсы, до которых сможешь дотянуться, и не подпускать к ним остальных.
Именно эти нехитрые принципы зачастую вспоминали, чтобы объяснить быстрый взлет неймодианцев, в первую очередь связанный с Торговой Федерацией, чьим фирменным знаком была бессердечность.
Неймодия, которая раньше была завзятой домоседкой, теперь выбрала участь бродячего торговца. В результате она не добилась особой любви у представителей слабых рас, которых свозили на строительство гигантских ульев, ферм по выращиванию плесени и питомников для жуков.
