Девушка понимала, что в данных рассуждениях ей не хватает какой-то очень важной информации; это обстоятельство и вызывало у нее ощущение глубокой неудовлетворенности. Но, судя по словам Оби-Вана, дальнейшие расспросы Луминары ни к чему бы не привели.

– Кто-то за пределами Ансиона совсем не хочет, чтобы наши переговоры имели место. Судя по всему, им крайне выгодны все те последствия, которые возникнут после выхода планеты из состава Республики, - Оби-Ван поднял взгляд на небо, которое покрылось кучевыми облаками. Вскоре джедаи ощутили первые капли дождя. - Для нас крайне важно знать источник подобных идей. Я предлагаю расспросить какого-то нибудь выжившего солдата.

– Да ведь это обычные бандиты, - возразил Анакин.

Ламинара впала в раздумье.

– Вполне возможно. Но в любом случае Оби-Ван прав: банда головорезов хотела во что бы то ни стало сорвать все переговоры. Но организатор наверняка действовал через подставных лиц. Если нам и удастся отыскать достойного языка, он может абсолютно ничего не знать.

– Кажется, вы правы, - вынужден был признать падаван.

– Так значит, ты был и на Набу? - спросила Баррисс у Скайвокера, устав от рассуждений взрослых джедаев.

– Конечно, - в голосе молодого Анакина сквозила нескрываемая гордость.

Странный он какой-то, подумала Баррисс. Странный, но… не отталкивающий. Судя по всему, его раздирают внутренние противоречия…

Тем не менее, внутренняя Сила чувствовалась за версту, и это внушало девушке особое уважение.

– Скажи, сколько ты в падаванах у учителя Луминары? - спросил он.

– Достаточно долго, чтобы знать одну простую истину: те, кто не закрывают своего рта и без умолку трещат, обычно абсолютно ничего не слышат.

– Ну, прекрасно, - пробормотал Анакин. - Ты же не хочешь, чтобы мы с тобой общались все это время одними афоризмами, не правда ли?