Молодого человека звали Люк Скайуокер, был он вдвое старше влагоуловителя, установленного десять лет назад, и сейчас негромко, но в весьма цветистых выражениях клял непослушный уплотнитель одной из заслонок. Время от времени он, отложив инструмент, стучал по уплотнителю кулаком. Ни тот, ни другой метод особо не помогали. Люк давно был уверен, что смазка из пазов вылезает лишь для того, чтобы набрать песку и превратиться в абразивную пасту. Он смахнул со лба пот и распрямил спину. Красотой юноша похвастаться не мог: самым привлекательным в нем было имя. Люк сердито разглядывал капризничающий механизм, а легкий ветерок трепал его волосы и подергивал за мешковатую рабочую рубаху. Нечего сердиться, убеждал он себя. Это всего лишь безмозглая машина.

Люк раздумывал, как получше поступить, и тут из-за влагоуловителя вывернул робот, неуклюже ощупывая поврежденную секцию. Из шести рук, полагающихся роботу модели «тредвелл», функционировали только три, а этот робот вдобавок выглядел изношеннее обувки на ногах Люка. Двигался он неуверенно, рывками.

Люк окинул робота грустным взглядом, затем склонил голову набок, глядя на небо. По-прежнему ни облачка, ни клочка, ни намека на него, и он знал, что иначе и не будет, пока он не починит влагоуловитель. Он вновь занялся ремонтом, и тут глаз его уловил ярко сверкнувшую точку. Торопливо отцепив от рабочего пояса макробинокль, юноша вскинул его к небу.

Люк жадно смотрел ввысь, жалея, что у него какой-то жалкий бинокль, а не настоящий телескоп. Он смотрел, мигом позабыв и про влагоу-ловители, и про жару, и про оставшуюся работу. Повесив бинокль на пояс, Люк повернулся и побежал к флаеру. Сзади его окликнули.

– Поживей! - нетерпеливо крикнул Люк. - Чего копаешься? Давай в машину.

«Тредвелл» двинулся к нему, замешкался, а потом завертелся на месте, из всех сочленений пошел дымок. Люк выкрикнул еще несколько распоряжений, а потом понял, что словами «тред-велла» уже не подгонишь.