Повсюду громоздились камни; некоторые странного, яркого цвета; среди камней виднелись напоминающие кварц кристаллы. Тут и там клочки земли заросли жёсткой растительностью; некоторые из растений напоминали кактусы, некоторые – мескитовые деревья; порой встречалось даже нечто высокое, похожее на бамбук. Но не было ничего такого, из чего можно было бы изготовить оружие, что бы там не говорил тот метрон.

Кирк сел, потирая раненую ногу, и не спуская глаз с находившегося теперь довольно далеко горна, стал рассматривать приборчик у себя на поясе. Приборчик напоминал трикодер, но поменьше и попроще на вид – хотя, несомненно, простым он не был. Легко обнаружив выключатель, Кирк включил его.

– Капитан Джеймс Кирк вызывает "Энтерпрайз". "Энтерпрайз", ответьте.

Некоторое время было тихо. Затем из приборчика послышалось на довольно хорошем, хотя и несколько неуклюжем английском:

– Забудьте это, капитан. Мы не можем связаться со своими кораблями. Мы здесь одни, Вы и я – друг против друга.

Кирк взглянул в ту сторону, откуда прибежал. Конечно же, это говорил горн, подняв руку.

Кирк, разумеется, не забыл, как метрон говорил, что у него не будет возможности связаться с "Энтерпрайзом"; он просто хотел убедиться, правда ли это. Забыл он другое: что выданный ему прибор был не только передатчиком, но и переводчиком. Придётся следить, чтобы случайно не заговорить с самим собой.

– Послушайте, горн, – осторожно заговорил он, выждав несколько секунд, – это безумие. Не лучше ли нам заключить перемирие?

– Об этом нечего и думать, – тотчас отозвался переводчик. – Это приведёт лишь к тому, что нам придётся оставаться здесь, пока мы не умрём от голода. Не могу говорить за Вас, но лично я не вижу здесь ни воды, ничего такого, что мог бы есть – за исключением, возможно, Вас.