Ася знает, что она красивая, и пользуется этим. Иногда я даже боюсь, что когда-нибудь Ася совсем перестанет со мной дружить, потому что с Петрик и Родиной ей интереснее и… престижнее? Когда они втроём идут по улице, на них все оглядываются.

Зато перед английским я оказываюсь нужна сразу всем! Только и слышно: «Оля, как это слово перевести?», «Широкова, дай грамматику списать!»

Когда Людмила Михайловна вызывает меня отвечать, все сидят притихшие, и даже Марина Петрик однажды сказала, что я классно смотрюсь, когда шпарю по-английски. Я не поняла, почему я «смотрюсь», а не «слушаюсь», хотя и это слово какое-то нелепое…

Английским я начала заниматься так давно, что иногда мне кажется, что я так и родилась двуязычной. Бабушка говорит, что мне было два с половиной года, когда мама показала мне куклу и сказала: «A doll». Бабушка тогда очень волновалась, как бы у меня в голове не перепутались английские и русские слова, но этого не произошло, потому что в четыре года я решительно предпочла всем существующим в мире языкам русский.

— Оленька, скажи, что это? — спрашивала по-английски мама и показывала мячик. — Ты что, забыла? This's a…

— Мячик! — упрямо говорила я по-русски. — Это — мячик.

А когда мне исполнилось семь лет, я долго болела — сначала желтухой, а потом — воспалением лёгких. Из больницы я вышла в октябре, и мама записала меня в обычную школу рядом с нашим домом, а не в первую английскую, потому что так посоветовала бабушка.

Два события!

Вчера в моей жизни произошли сразу два события.

Во-первых, из Нижнего Новгорода приехал папа и мы всю субботу и полвоскресенья были вместе.

Когда приезжает папа, в квартиру влетает весёлый ураган: вещи разбрасываются по комнатам, повсюду валяются бумажки от конфет, а на уроки мы с папой вообще плюём — не буквально, конечно, а просто делаем вид, что ничего не задано.