Ночь опускалась на город, постепенно затихала обычная дневная суета. Торговцы закрывали лавки, покупатели расходились по домам. Со стороны дворца появилась стража — обычная проверка, дабы всяческий сброд не шатался по улицам, и тем более по главной площади.

Когда солнце окончательно ушло за горизонт, здесь уже не было ни одного человека. Силуэты приземистых зданий темнели на фоне чуть более светлого неба, и только звезды да тусклый свет от масляных светильников на колоннах у входа в храм Валки освещали спящие улицы.

Но что это? У одной из стен вдруг что-то шевельнулось.

Однако наблюдатель, окажись таковой сейчас на городской площади, должен был бы обладать на редкость острым зрением, чтобы рассмотреть хоть что-нибудь: пятно казалось почти таким же черным, как и окружавшие его строения. Вот оно переместилось к храму и замерло около дверей.

Дверь слегка приоткрылась, и человек, а это был именно человек в свободном длинном плаще, скользнул внутрь. И на площади вновь воцарилось безмятежное спокойствие…

В храме солнечного бога двое людей стремительно шли по коридору. Светильники тут давали немного больше света, и можно было рассмотреть лица.

Шествовавший впереди невысокий, добродушный с виду толстяк, одетый в длинный серый балахон служителя Валки, семенил по коридору невероятно быстро. На голове у него красовалась небольшая круглая шапочка, пальцы он сцепил на животе и постоянно нервно перебирал ими.

Его спутник — высокий широкоплечий мужчина — делал огромные шаги, но с трудом поспевал за жрецом. Иногда полы длинного плаща распахивались, открывая меч. Плащ был изрядно запылен. Видимо, этот человек исходил немало дорог, совершенно не заботясь о своей одежде или не имея возможности привести ее в порядок.

Вскоре они остановились посередине коридора, и жрец, посмотрев по сторонам, коснулся нескольких неприметных пятнышек на стене.