– У нас была назначена встреча.

– Да, сэр. Я просто потерял счет времени.

– Не слишком лестно для младшего лейтенанта, – произнес Шубункин. – Очевидно, у доктора Крашер подобные же трудности.

– Какие трудности? – в комнату вошла доктор Крашер. Руки ее были спрятаны глубоко в карманах рабочего халата, а удивленный взгляд устремлен на Шубункина, осмелившегося в чем-то ее обвинять. Весли всегда тушевался, когда мать подобным образом смотрела на него. Очевидно, тяжелый взгляд ясных глаз доктора Крашер так же подействовал и на Шубункина. Он сказал:

– Мне просто очень хочется начать.

– Так начинайте, – мать повела плечами в сторону сына, заставив его тем самым улыбнуться.

– Компьютер? – спросил Шубункин.

– Готов.

– Прокрутим программу "Болдуэн".

Сразу же они оказались в зарослях чужих джунглей, наполненных булькающими, скрипящими, похожими на щебетанье звуками, не имеющими земных названий. Скопления деревьев величиной с дом были оплетены вьющимися растениями и издавали жужжащие звуки, когда легкий, душистый ветерок овевал их. Вихревые потоки кружили в спутанной листве деревьев с тонкими стволами, достигавшими невероятной высоты.

Весли не видел неба из-за сплошной листвы у себя над головой.

– Жарко, не правда ли? – он оттянул воротник.

Все трое уселись на прозрачные камни, пробивавшиеся сквозь мертвую коричневую поросль, как зубы какого-то неведомого чудовища. Единственное, что нарушало полную иллюзию, – это стандартные фразы на английском языке, плавающие в воздухе, и мелодичная музыка:

"Омниология (наука обо всем) представляет: "Чужая цивилизация, изученная Эриком Болдуэном".

Болдуэн был экзолог (ученый, изучающий внеземные цивилизации), эксперт по чужеземным культурам и артефактам. Это был высокий, жилистый человек с лицом добродушного демона. Он много раз избегал смерти, каждый раз при этом умудряясь совершать открытия большой важности. Целое крыло Северо-Американского музея Экстратерриториальной Биологии было названо его именем.