После Келкора пришла очередь выступить Куллу. Король обвел глазами коленопреклоненные колонны и, сообразив, что слов уже сказано немало и вполне можно обойтись чем-нибудь лаконичным, громовым голосом прорычал:
— Я люблю каждого из вас и каждому желаю победы!
Восторженный рев трибун был ему ответом.
«Напрасно я сомневался в пользе Боев, — пришло в голову атланту. — Приятно видеть молодых и здоровых мужчин, готовых сию минуту умереть ради тебя. Это же готовая армия!»
Вспомнив, что еще недавно он думал совсем иначе, Кулл смутился и в этот момент поймал на себе торжествующий взгляд Ту. «Старик доволен, что мне нравится праздник, — усмехнулся король. — Он много для этого сделал. Но не так просто одержать победу над Куллом!»
Придав лицу равнодушное выражение и для пущего правдоподобия зевнув, атлант перебрался поближе к Ка-ну и, отхлебнув из кубка, спросил посла:
— А где Брул?
— Что значит «где»? — сонно пробормотал посланник, даже не соизволив поднять веки. — А-а… Значит, он тебя не добудился.
— Послушай, Ка-ну, — не отступал Кулл, одновременно наполняя вином пустой кубок посла, — так с королями не разговаривают. Что значит — «не добудился»?
Ласкающее слух бульканье заставило Ка-ну сбросить дремоту.
— Он хотел сам рассказать тебе, но, видимо, ты так крепко спал, что он не стал тебя тревожить. Поздно ночью приехали люди из нашей страны. В роду Копьебоя вспыхнула ссора, и он потребовался для примирения. Вроде судьи.