Слезы девушки вмиг высохли. Сэла снова улыбалась, в ее глазах замелькал игривый огонек:
— Кстати, отец тоже будет искать мне жениха, и как раз на Больших Валузийских Боях. Сам вчера сказал мне: присмотрю, мол, тебе жениха посмелее да половчее. А вдруг в самом деле найдет? Что мы тогда будем делать? Отец добр, но если ему что в голову взбредет — не отстанет. Непременно поговори с ним. Обещаешь?
И Парафту ничего не оставалось, как сказать:
— Обещаю.
Тем временем совсем стемнело и похолодало. Влюбленным пришла пора расставаться. Вплоть до последнего поцелуя они больше не проронили ни слова. Проводив Сэлу домой и подождав, пока ее силуэт растает в тени увитой плющом стены, Парафт медленно побрел к себе. Вырвавшееся обещание не давало ему покоя. Отец Сэлы был богатым ремесленником, уважаемым в столице человеком. Разве он удостоит вниманием юношу без роду и племени? Может, даже и в дом не пустит… А если и пустит, то наверняка лишь для того, чтобы поднять на смех и выгнать уже навсегда. Что скажет ему Парафт, чем сможет подкрепить свои притязания на его красавицу дочь?
Молодой человек брел по безлюдным улочкам Хрустального города и даже представить себе не мог, как выполнить то, что сгоряча пообещал своей возлюбленной.
* * *
Утром Кулл вместе с верным другом Брулом отправился проверять, все ли готово к началу Больших Валузийских Боев. Состязания проводились на построенной между холмами арене, там, где раньше шли бои гладиаторов. Протекавшую в долине речушку отвели в сторону через искусственную протоку; старое русло/засыпав опилками и песком, тщательно утрамбовали, многократно прогнав конские табуны.