— Мило! Мило! Это наш собственный танец!

Но был ещё и «Танец Дождя». Грустно было смотреть на него. Усталые, шлёпающие шаги, безвольно повисшие руки, длинные, распущенные волосы. А кончался танец тем, что девочка падала навзничь и лежала точно мёртвая.

Каждый день придумывала она новые танцы, а матушка глядела на дочку, улыбалась и говорила:

— Великое утешение в жизни даровал господь этому ребёнку! Как она танцует!

Но недолго довелось матушке радоваться.

Когда девочка была ещё совсем ребёнком, матушка умерла, и девочка осталась одна с отцом и танцевала ему до тех самых пор, пока не стала юной барышней.

Но не думайте, что она только и делала, что танцевала. Она умела печь хлеб и варить кашу не хуже других женщин. Она умела латать платья и вязать чулки, а маленький домик, в котором она жила с отцом, блистал чистотой.

Она поливала водой тюльпаны и гиацинты, росшие у дверей домика, она подвязывала лозы жимолости так, что они висели над дверьми как гирлянды.

С утра до вечера была она в работе, но когда ей порой становилось грустно или очень весело, она принималась танцевать!

Дом расположился на вершине холма, а у подножия расстилалась гладкая зелёная лужайка, где было так хорошо танцевать! Днём девочка стояла на вершине холма, озарённая яркими солнечными лучами, ночью же ей казалось, что она поднимается высоко-высоко и прямо над головой у неё сияют все звезды на свете. И тогда девочка придумала «Танец Солнца» и «Танец Звёзд».

Так подрастала она в одиночестве и стала высокой, тонкой и прекрасной, как день; но когда ей было всего семнадцать лет, умер и её отец.

Когда он ещё лежал при смерти, девушка встала на колени у его кровати и заплакала.

— Мой добрый, дорогой батюшка! — сказала она. — Ты знаешь, как я горюю оттого, что ты уйдёшь от меня. И знаешь, что во всем мире нет ни единого человека, на которого бы я могла опереться. Но как бы я ни горевала, что ты меня покидаешь, боюсь, я никогда не перестану танцевать! Если я не смогу танцевать, я не смогу и жить!