Медленно встав, Аурангзеб сошел со своего трона, направился к коню. Уже на ходу бросил Шлоке:

— Ты ведь знаешь, что ждет тебя, если ты ошибся?

И, не удостоив мудреца ни единым взором, приблизился к избраннику Шлоки. Коснулся ладонью звезды на лбу. Конь отпрянул и вдруг потянулся мордой к человеку, как будто признал в нем хозяина.

Окруженный стражниками, Шлока стоял неподвижно. Смотрел, как пастухи седлают коня, как Аурангзеб, несмотря на свою тучность и обременительные одежды, легко взлетает в седло…

Разумеется, мудрец знал, что его ждет в том случае, если он ошибся. Слишком много стражников кругом. Он не сумеет отбиться, и даже киммериец Конан сейчас не поможет ему. Более того, Шлока не успеет превратиться в птицу и улететь от неизбежной расправы: его скрутят быстрее. Но и это не страшило Шлоку. Смысл его существования находился далеко за пределами его смертного тела, и покуда он не выполнил своего предназначения — нет и причин бояться смерти.

Не дожидаясь приказания, Шраддха и еще несколько воинов из свиты раджи подбежали к своим коням и вскочили в седла. Аурангзеб даже не оглянулся на них — он не сомневался в том, что они повинуются ему без единого слова. Конь под раджой взвился на дыбы; Аурангзеб вскрикнул и погнал его по улицам, к воротам и дальше, к караванной тропе.

Всадники во главе со Шраддхой устремились в погоню, и бешеная скачка началась. Только орел, паривший в поднебесье, видел происходящее; прочие стояли на площади и ждали исхода. Дорога ложилась под ноги летящим скакунам. Беспредельная свобода, ограниченная только небом над головой, казалось, одинаково пьянила и всадника, и коня. Аурангзеб кричал от счастья. Он испытывал дикий восторг. Подобную радость приносили ему только битва да скачка, даже женщина не способна была доставить ему наслаждение, сравнимое с этим.

А следом за раджой, нахлестывая лошадей, мчались Шраддха и остальные, однако расстояние между ними и правителем неуклонно увеличивалось: догнать Аурангзеба не удалось никому.