Он нашел ее лежащей в руинах, и даже его знаний не хватало, чтобы ответить, кто ее построил, а кто - разрушил. Но зато в его силах было превратить ее в неприступную крепость, из которой он внимательно следил за всем, что происходило в мире. И видя ничтожеств, сидящих на тронах и отправляющих на смерть многие тысячи храбрых и благородных людей, Ангорд поражался вырождению потомков свободолюбивых северных племен. И в нем крепла уверенность, что если такие райксы устраивают своих подданных, то уж он-то и подавно мог бы создать собственную империю, и имел бы на это куда больше прав, чем любой правитель в Закатных Землях.

Однако одного лишь знания законов Природы и умения концентрировать силу мысли было, увы, не достаточно для достижения столь грандиозного замысла. Банально, однако когда речь заходит о людях и государствах, чаще всего острый меч и холодный ум логика оказываются нужнее и полезнее, чем знания или абстрактное мышление философа. Массами движет не воля к изменению мира, свойственная героям той или иной стороны, а страх и корысть, внешне окрашенные в приятные для глаз тона мудрости и истины! И Ангорд оказался достаточно мудр, чтобы понять:у него, пусть он проживет еще хоть тысячу лет, не выйдет стать непосредственным творцом новой империи. И тогда он стал искать того, кто мог бы собрать войско и стать послушным клинком, материальным воплощением его, Ангорда, воли. Такому человеку колдун собирался преподнести великий дар, который в то же время мог казаться и чудовищным проклятьем…

Все это Хейд выслушивал, сидя под кронами деревьев на рухнувшем стволе. Ангорд возвышался над ним подобно древней, заброшенной башне, от которой за мили веет ночными страхами и темными силами. Однако Хейд, сам ставший "нечистым", не особенно боялся. Скорее, ему было несколько не по себе от всего происшедшего и от мысли, что теперь он должен будет исполнять приказы этого древнего тирана. Ангорд тем временем продолжал: