Нет, Ривгольд был еще грозным и могучим бойцом. У него была прекрасно развита та интуиция воина, то особое чувство, которое позволяет не глядя увернуться от стрелы или, резко повернувшись, встретить вражеский удар центром щита. Вожак разбойников, повинуясь приказу из глубины собственного мозга, резко прыгнул вперед, и тут же услышал, как тяжелый удар снес что-то деревянное позади. Руки Ривгольда уперлись в дверь, он толкнул ее наружу (в ту эпоху двери чаще всего открывались именно так, чтобы дом было легче оборонять) и выбежал. Затем он развернулся лицом к дверному проему и вытащил меч из ножен. Все вокруг было озарено отсветами чудовищного зарева над крышей воинского дома.

Ривгольд был готов ко всему. Но все же он попятился, когда противник появился на пороге, словно вырастая из клубящейся внутри тьмы. Память разбойника сохраняла мельчайшие детали однажды увиденного, и он мгновенно узнал стоящего перед ним. Тот самый парень. А если учесть, что с пробитыми легкими обычно не поднимаются, то вряд ли Ривгольду придется сражаться с человеком. Да, человек не мог обладать таким жутким взглядом, какой пронзал разбойника насквозь…

Но Ривгольд в своей жизни повидал немало. И твердо научился понимать одно:того, кто сражается обычным оружием, можно таким же оружием и убить. А потому он перехватил поудобнее рукоять меча и со всем мужеством, на которое был способен, сказал:

- Я победил тебя живым, и не побоюсь мертвым!

Страшный противник размахнулся и с силой ударил сверху, пытаясь одним ударом разрубить голову вожака разбойников, но Ривгольд отразил удар, едва устояв на ногах. Оба они сражались, держа мечи обеими руками, так как не имели ни щитов, ни дополнительного оружия, и в голове разбойника мелькнула мысль, что отбивая такие удары, он попросту выдохнется…Богам он не молился. Он понимал, что это - РАСПЛАТА.