- Спать хочу, - бесстрастно молвил он, даже не соизволив посмотреть на жертву.

- Да, Лу, - подтвердил все шепелявый.

- Не трогать.

- Нет, - тихим шелестом просквозило мимо.

Возня, родившаяся с началом разговора, затихла на последнем слове. Воцарилась абсолютная тишина, и даже дыхание замерших не нарушало ее. Только один решился - тот, кому можно.

- Спи, Волчонок.

Сделав глубокий вздох, Лутарг открыл глаза. Ничего не изменилось, вокруг уродливая темнота, привычная для всех, но не для него. Взгляд отследил ход знакомых выбоин на потолке, прогулялся по ним и завис, найдя средоточие первого удара - звезда.

Звезда - зрительно рыхлая, но твердая на ощупь, обманчиво манящая и предающая. Не то место, не слабое, не для копающего. Обманка для дураков.

Он скривился так, что свело зубы. Скривился от того, что знал нанесшего первый удар и выбрал потому, остался тут, чтобы помнить. Помнить себя.

"Не забыть", - вклинилось в мозг, осело смоляной жижей, не вытравишь, но он рад.

Это его сила, его совесть и боль. Это его жизнь.

- Лу… Тарген… Волчонок!

Он встрепенулся, подобрался, напрягая мышцы так, что сухожилия завыли от натяжения, готовые к броску. Сейчас!

- Тихо, Лутарг, тихо.

Знакомый шелест прорвался сквозь пелену, успокаивая.

- Это я. Всего лишь я - Сарин. Свой.

- Свой, - эхом проскрипел он, растирая глаза, чтобы вернуть зрение. - Свой.

- Да, идем Лу. Сейчас, - прошелестел старик, беззвучно поднимаясь с лежанки.

- Сарин?

- Вставай Тарген, сын Лурасы, твое время пришло.

Глава 1

Синастела могла сойти за покинутый город, если бы не караул, исправно несущий службу. По каждой крупной улице, взад и вперед, маршировали гвардейцы из внутренней охраны. Их яркие мундиры, с начищенными до блеска пуговицами, выделялись на фоне повсеместной серости, как домов, так и влажных предрассветных сумерек, еще не потревоженных солнечными лучами.