Йелла медленно кивнула.

- Когда я вижу что-нибудь или слышу, то думаю: "Дирику это понравилось бы… ему было бы интересно", а потом я все вспоминаю. Кажется, это никогда не кончится.

- Это точно. Так и будет длиться вечно. Йеллу передернуло.

- Здорово. Лучше некуда.

- Просто все когда-нибудь изменится. Сейчас ты ощущаешь потерю, тебе грустно, и печаль никуда от тебя не денется. А потом тебе станет хорошо, потому что ты знала Дирика. Когда я слышу, как ребята треплют языками за кружкой ломин-эля, или ем ришкейт, то вспоминаю отца. Вспоминаю, как он громогласно хохотал, как улыбался, когда думал, что все вокруг хорошо.

- И как вел себя на допросах, - Йелла подавила вздох. - С твоим отцом у меня получается. С Дириком… нет.

- Пока нет.

- Да, пока.

- Все получится, - Корран поцеловал ее в лоб. - Будет сложно, но иначе нельзя. У меня получилось, потому у меня была ты, Гил и остальные друзья.

- У тебя никогда не было остальных друзей.

- Да? Ну, может быть, но у тебя-то они есть. Миракс, Зима, все мы… Бедж.

- Ведж меня считает врагом номер один.

- Ты крупно ошибаешься. Он очень хочет помочь тебе. Ты не одинока. Мы все знаем, как тебе плохо, и можем помочь.

Йелла опять кивнула, но на этот раз - совсем по-другому.

- Спасибо… - она помолчала, хмуря брови. - Я решила, что не хочу оставаться на Корусканте. Воспоминания в основном дурные. Мне нужно сбежать… даже если это означает оставить всех моих друзей.

- Мне тоже хотелось убежать, когда умер отец, - Корран улыбнулся. - Я волшебник; хочешь, сотворю чудо? Можно убежать, но не расставаться с друзьями.

- Как это?