На троне что-то лежало. Какая-то бесформенная куча, вызвавшая суеверный страх даже у такого видавшего виды царедворца, как Ту. Они приблизились к трону и переглянулись. Кулл протянул руку и взял то, что там лежало.
Сначала он ничего не понял. Потом, повернувшись к окну, из которого еще сочился сумеречный свет, он поднял то, что держал в руках, и понял, что это лохмотья нищего.
— А вот теперь, кажется, я начинаю понимать, — задумчиво пробормотал он.
— Мой господин, кто-то нарочно подкладывает вам атрибуты нищенской жизни, — прошептал Ту. — Похоже, вас хотят оскорбить.
— Нет, Ту, — покачал головой Кулл. — Они хотят свести меня с ума. Много было заговоров в этом дворце — сюда лезли и змеи, и призраки, я сражался со всеми врагами на свете — и они поняли, что меня просто так не одолеть. Я могу выйти с мечом против целого войска, я могу даже погибнуть — но это но означает, что они победят. На этот раз они задумали более коварный план — когда я сойду с ума, они выставят меня на посмешище, так чтобы весь народ Валузии понял, что Кулл всего лишь жалкий варвар, мечтавший о королевстве, как о запретном плоде, и получивший за это сполна.
— Ваше Величество, народ Валузии за время вашего правления достиг процветания, которого никогда не было при прежних тираниях. Когда Борн…
— Не о том ты говоришь, Ту, — с горечью произнес Кулл. — Меня пытаются свести с ума, разве ты не понял? Я сделаю все возможное, чтобы этого не произошло, но мне нужна помощь. Я не попросил бы твоей помощи, если сейчас бы передо мной встали десять или двадцать вооруженных до зубов врагов.