Джулиан Мэй
Враг
Трем замечательным, все понимающим «пьянчужкам» – маме – Джулии Фейлен Мэй, учительнице – Норме Ольсен, соседке – Рут Девис с благодарностью
Вдовец печальный, безутешный, принц Аквитанский я…
Разрушенная башня предо мною.
С ней рухнула надежда – звезда моя мертва;
И лалами украшенная лютня рождает звуки.
То гимн немому солнцу – Меланхолией зовут его.
Оно – черно!..
Запекся королевы поцелуй на лбу моем;
В том гроте, обитель где сирены сладкогласной,
Я вижу сны…
Ликующий, я дважды Ахерон одолевал…
Логи:
Не ведая о том, спешат они к могиле,
Могучими себя воображая.
Участвовать в деяньях их постыдно!
Но вынужден – есть сила
В словах волшебных, в тайных их обрядах.
Когда зовут меня, обязан я явиться,
И я являюсь – в пламени и громах…
Слепцы, ведомые слепцами!
Как можете судить о Боге,
Подобном мне. Когда ваш каждый шаг –
Движенье к пустоте.
Помочь вам?.. Идея неплохая…
И чем бы ни заняться, лишь бы
Руки приложить.
ПРОЛОГ ПЕРВЫЙ
Свершилось!.. Никакой дар ясновидения не нужен там, где властвует железная логика и несокрушимая необходимость. «Чем здесь может помочь колдовство, – с грустью подумала Элизабет, – если столкновение между Эйкеном Драмом и Фелицией Лэндри не могло разрешиться иначе».
Последние отзвуки сильного, сотворенного мыслью удара рассеялись. Четверо наблюдателей в защитном невидимом шаре, созданном сознанием Минанана Еретика, затаили дыхание. Шар висел в небе Испании, над горной цепью; внизу расстилалась затянутая пеленой дыма долина реки Рио-Дженил.