Дверь эта была сделана из монолитного куска прочного дуба высотой в пять футов и в пять дюймов толщиной, я сам запер ее на ключ и на засов. Но никакие запоры не могли остановить ее, ничто не могло ее задержать. Она была Джессикой Сорроу Неверующей, и ничто в этом мире не могло ей противостоять.

Она была уже рядом — Неверующая, чудовище, кошмар. Все застыло в молчаливом напряжении, как случается перед надвигающейся бурей, бешеной бурей, способной срывать крыши с домов и бросать на землю мертвых птиц. Джессика Сорроу шла в церковь Святого Иуды, потому что люди сказали ей, что там буду я, а у меня будет то, что она ищет. Но если все мы ошиблись, она заставит нас дорого заплатить за свое разочарование.

У меня не было с собой пистолета, вообще никакого оружия. Оно мне и не понадобится. Против Джессики Сорроу любое оружие бессильно, ее ничем нельзя достать. Когда-то очень давно с ней произошло что-то такое, после чего она перестала быть человеком и стала Неверующей. Она больше ни во что не верит. А поскольку ее неверие яростное и неистовое, весь мир для нее больше не существует.

Никто не может ничего ей сделать, а она может ходить везде, где хочет, и творить все, что пожелает. Она способна делать страшные вещи, и она их делает. С ней же самой поделать ничего нельзя. У нее нет ни совести, ни морали, ни жалости, ни чувства меры. Весь материальный мир для нее — тонкая бумага, и она походя небрежно рвет ее. К счастью для мира, она редко покидает Темную Сторону. И к счастью для тех, кто живет на Темной Стороне, она подолгу спит или просто куда-то исчезает. Но когда она не спит и выходит на прогулку, все стараются как можно быстрее убраться с ее дороги. А все потому, что, если Джессика сосредоточит на ком-то или чем-то свое неверие, они исчезают. Навсегда. Даже на улице Богов закрываются все магазины и все жители рано расходятся по домам, когда Джессика Сорроу решает там прогуляться.