Помадка обожала поспать. Магда не знала, что хомячки ведут в основном ночной образ жизни. Она ожидала, что Помадка будет сидеть с блестящими глазами-бусинами и пушистым хвостом и учиться разным трюкам, но хомячихе это оказалось не под силу. Магда надеялась, что Помадка научится по команде просить еду, махать лапкой и чистить усики, но зверек не оправдал ее ожиданий и дрессировке не поддавался. Помадка убегала в глубь своего тоннеля из рулона туалетной бумаги и там пряталась, отказываясь вылезать.

Магде это скоро надоело. Она быстро разуверилась в звездных способностях хомячихи и перестала о ней рассказывать. Я даже забыла, что у нее была Помадка.

— Ну так вот… — продолжала Магда. — Я ехала на автобусе с Грегом, и он опять начал ко мне клеиться. Я чуть было не решила снова начать с ним встречаться. Конечно, в нем нет ничего особенного…

— Теперь ты можешь в этом убедиться, — сказала Надин, закатив подведенные черной тушью глаза (она тоже не обращает внимания на запрет пользоваться косметикой).

— Сейчас меня меньше всего волнует перспектива завести себе очередного парня, — говорит Магда и всхлипывает.

— А вот меня очень даже волнует! — восклицает Надин. — Я только что рассказывала Элли о том, как познакомилась с потрясающим парнем… Ну, не совсем познакомилась, но…

Но Магда так громко рыдает, что слова Надин буквально тонут в потоке ее слез.

— Грег спросил меня, как поживает Помадка. Я ответила, что она ничего не умеет. Парень пришел в ужас и дал мне понять, что я совсем не ухаживала за бедной хомячихой и очень плохо к ней относилась. Держала Помадку одну в клетке, и ей не хватало общения и любви. Да и условия жизни оставляли желать лучшего. Можно было купить многоэтажный домик с горками, тоннелями и другими приспособлениями — прямо Элтон Тауэрз для хомяков, а у нее клетка была обыкновенной, стандартной модели, и Помадка в ней прозябала месяцами.